Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Читатель исторического романа вправе спросить, в какой степени тот основан на фактах и в какой на вымысле. Оригинальные источники, повествующие о восстании рабов, — это немногие отрывки у Ливия, Плутарха, Аппиана и Флора. Все вместе это от силы четыре тысячи слов. Видимо, римские историки считали этот эпизод настолько унизительным для Рима, что старались поменьше о нем говорить. Исключением был, кажется, один Саллюстий, но от его «Historiae» сохранились одни фрагменты.
Но при недостатке сведений о самом восстании существует масса материала о ситуации в обществе и политических интригах того времени. О характере предводителей восставших рабов и об идеях, которыми они руководствовались, почти ничего не известно, зато этого никак нельзя сказать об их противниках: Помпее, Крассе, Варинии, консулах и сенаторах 73–71 гг. до н. э., их друзьях и современниках. С одной стороны, это служило пищей для воображения, которому предстояло воссоздать не только Спартака и его приближенных, но и подробности кампании и организации сообщества рабов. С другой стороны, подробные сведения о том периоде наводили на кое-какие заключения. Так восполнение недостающих деталей превратилось в проблему интуитивной геометрии, в сложение головоломки, где отсутствует добрая половина изображения.
Имеющиеся источники молчат о программе или идейной основе, сплачивавшей армию рабов; тем не менее ряд намеков позволяют заключить, что то была своеобразная «социалистская» программа, провозглашавшая, что все люди рождаются равными, и отвергавшая разделение на свободных людей и рабов как естественный порядок вещей. Есть и кое-какие основания предполагать, что Спартак попытался основать где-то в Калабрии утопическую коммуну, основанную на коллективной собственности. Но такие идеи были совершенно чужды римскому пролетариату до появления примитивного христианства. Поэтому я позволил себе невероятное только на первый взгляд допущение, что последователи Спартака вдохновлялись теми же идеями, что назаряне веком позже, — мессианством иудейских пророков. В разношерстой толпе беглых рабов должны были находиться и выходцы из Сирии; кто-то из них мог познакомить Спартака с пророчествами о Сыне Человеческом, посланном «утешить плененных, открыть очи незрячим, освободить угнетенных». Любое спонтанное движение подхватывает по закону естественного отбора идеологию или мистику, наиболее соответствующую его целям. Потому я и предположил, занимаясь своей головоломкой, что среди многочисленных чудаков, реформаторов и сектантов, которые должны были примкнуть к движению, Спартак выбрал себе на роль учителя выходца из иудейской секты эссенов — единственной достаточно крупной и цивилизованной общины, практиковавшей в то время примитивный коммунизм и учившей: «что мое, то твое, а что твое, то мое». После первых своих побед Спартак более всего нуждался в программе, кредо, которое удержало бы полчище в состоянии организованной армии. Я решил, что такой массе неимущих более всего созвучна была бы философия, которая спустя век была выразительно провозглашена в Нагорной Проповеди и которую Спартак, раб-мессия, хотел, но не смог претворить в жизнь.
Примечания
1
Фасции — связанные кожаными ремнями пучки прутьев и топорик — были знаками достоинства «империя» — полной военной и гражданской власти высших римских магистратов. «Император» — почетный титул военачальника, одержавшего серьезную победу над врагом; другое значение это звание получило только в период империи. (Прим. перев.)
2
Так называлась в Древнем Риме р. По. (Прим. перевод.)
3
55 км. (Прим. перевод.)
4
Современный испанский Кадис. (Прим. перевод.)
- Гладиаторы - Артур Кёстлер - Историческая проза
- Аспазия - Автор неизвестен - Историческая проза
- Гнев. История одной жизни. Книга первая - Гусейнкули Гулам-заде - Историческая проза
- Темницы, Огонь и Мечи. Рыцари Храма в крестовых походах. - Джон Робинсон - Историческая проза
- Тайны Сефардов - Роман Ильясов - Историческая проза / Исторические приключения / Периодические издания
- Карающий меч удовольствий - Питер Грин - Историческая проза
- Себастьян Бах - Фаина Оржеховская - Историческая проза
- Триокала - Александр Леонидович Ахматов - Историческая проза / Русская классическая проза
- Хроника времен Гая Мария, или Беглянка из Рима - Александр Ахматов - Историческая проза
- Мать. Рим. Сын (Ливия и Тиберий) - Сергей Макаров - Драматургия / Историческая проза